Старая улица

Мы теряемся кто куда,
Мы не встретимся никогда.
День — радость, а день — беда,
Чёрно-белая череда.
Время утекает, как вода,
Но улица напомнит мне всегда
Моё имя, мои года,
Моё имя, мои года.

Старая улица интересуется:
«А Тима сегодня спустится?»
Мама называла меня «мамина радость»,
А папа бросил — может, я «грусть отца»?

Я простой человек с простыми секретами,
У меня дома тоже есть пакет с пакетами.
Я ни разу в жизни не был на Патриках
(До сих пор),
Я не знаю, как в жизни выглядит паприка
(До сих пор).
Сколько бы близкие ни прожили — всегда мало
(Всегда).
Заебали ныть миллениалы.
Суд оштрафовал Андрееву Ульяну Евгеньевну
За инициалы.
Столько хуйни в интернете, но она не сама собой постится.
Что хуже — секс-бездельница или секс-работница?
В Москве есть памятник моей бывшей и её новому хахалю —
«Рабочий и колхозница» (пошла на хуй).
T-Fest чем-то похож на Охлобыстина (ну да),
В рилсах выдают мнение долбоёбов за истину (ну да).
Молодые рэперы часто неискренни.
Собрался на разбой, а лучше бы с мыслями (ну да).
Куколда на зоне звали бы «смотрящим за сексом».
Спрятал глаза при виде копов — это рефлексы.
Вспомнил время, когда Тимати был с Алексой...
Старая улица наполняет меня этим текстом.

Вон в том доме по выходным собирались сектанты
(А, точно-точно),
Вон через ту дырку в заборе убегали курсанты
(И это помню).
Бля, я так часто вещал пацанам о том,
Как важна забота о близких... А сам-то?!
Бакинский воздух напоминает о маме,
Брожу дворами, в которых не был годами.
Старая улица не отпускает:
«А можно Тима ещё погуляет?»

Знаешь, меня все спрашивают: «Как я пишу песни?»
Но я смотрю на их лица и вижу, что на это им плевать.
Им интересно, почему они так не могут.